Неточные совпадения
«В молодости, — писал о С. В. Ковалевской знавший ее в течение более 20 лет И. И. Мечников, — когда она так
увлекалась математикой и
театром и когда она сама была очень увлекательна, любовная сторона жизни была ей совершенно чужда.
Он мог подаваться, особенно после событий 1861–1862 годов, в сторону охранительных идей, судить неверно, пристрастно обо многом в тогдашнем общественном и чисто литературном движении; наконец, у него не было широкого всестороннего образования, начитанность, кажется, только по-русски (с прибавкой, быть может, кое-каких французских книг), но в пределах тогдашнего русского «просвещения» он был совсем не игнорант, в нем всегда чувствовался московский студент 40-х годов: он был искренно предан всем лучшим заветам нашей литературы, сердечно чтил Пушкина, напечатал когда-то критический этюд о Гоголе,
увлекался с юных лет
театром, считался хорошим актером и был прекраснейший чтец «в лицах».
Театром тогда стали запойно
увлекаться и в обществе.
Он, так же, как и Вейнберг и Берг, ставил чрезвычайно высоко варшавскую сцену и
увлекался талантом тогдашней первой актрисы
театра"Размантости"(Разнообразие), Моджеевской.
После смерти Лядовой опереточной примадонной была Кронеберг, из второстепенных актрис Московского Малого
театра, из которой вышла великолепная"Прекрасная Елена". У ней оказалось приятное mezzo-сопрано, эффектность, пластика и прекрасная сценичная наружность. Петербург так ею
увлекался, что даже строгие музыкальные критики, вроде Владимира Стасова, ходили ее смотреть и слушать и писали о ней серьезные статьи.
Он рассказал, что еще в Петербурге «
увлекся спервоначалу, просто по дружбе, как верный студент, хотя и не будучи студентом», и, не зная ничего, «ни в чем не повинный», разбрасывал разные бумажки на лестницах, оставлял десятками у дверей, у звонков, засовывал вместо газет, в
театр проносил, в шляпы совал, в карманы пропускал.
— У вас вялый вид. Тогда весной, когда вы приходили обедать, вы были моложе, бодрее. Вы тогда были воодушевлены и много говорили, были очень интересны, и, признаюсь, я даже
увлеклась вами немножко. Почему-то часто в течение лета вы приходили мне на память, и сегодня, когда я собиралась в
театр, мне казалось, что я вас увижу.
— Нет, знаю, — возразил Калинович, — и скажу вам, что одно ваше спасенье, если полюбит вас человек и спасет вас, не только что от обстановки, которая теперь вас окружает, но заставит вас возненавидеть то, чем
увлекаетесь теперь, и растолкует вам, что для женщины существует другая, лучшая жизнь, чем ездить по маскарадам и
театрам.
Она еще никогда не играла на сцене и с любопытством новичка
увлекалась даже неприглядной изнанкой
театра.
Савин действительно уже обзавелся дамой, собственно «обзавелся» — выражение не совсем точное, так как певица, которой он
увлекся, принадлежала к исключительным явлениям
театра Берга — она была замужем.
Этой-то Симочкой и
увлекся в первый же вечер посещения
театра Николай Герасимович Савин, с ней-то «играть в любовь» он и поехал из
театра с компанией Хватова, других артисток и не покидающим жену Андреем Андреевичем в «Самарканд».
И после «Идиота» в классе копировал Докучаева, передавая важность дон Ранудо… И это увлечение
театром продолжалось до следующего учебного года, когда я
увлекся цирком и ради сальто-морталей забыл Идиота и важного дон Ранудо.
Васе я назвал свою настоящую фамилию, родину, сказал, что был в гимназии и
увлекся цирком, а о других похождениях ни слова. Я был совершенно спокоен, что, если буду в
театре, мой отец паспорт пришлет. А Вася дал мне слово, что своего отца он уговорит принять меня.
Оторванный от
театра стечением обстоятельств, я бросился в другую сторону — в литературу, в натуральную историю, которую читал нам на французском языке профессор Фукс, и всего более пристрастился к собиранию бабочек, которым
увлекался я до чрезвычайности.
— Может быть… только, — голос его заметнее дрогнул, — если ты
увлечешься и, сделав опыт, в эту зиму отдашься
театру — тогда…
Невзирая на всю эту ужасную обстановку, было несколько выражений, сказанных Феклушею с таким чувством, что они произвели впечатление на публику, а слова Софонисбы: «Прости в последний раз!», говоря которые, она бросилась в объятия Массиниссы, второго своего супруга, — были проникнуты такою силою внутреннего чувства, такою выразительностью одушевленной мимики, что зрители
увлеклись; взрыв громкого рукоплескания потряс
театр, и многие закричали «браво»; но это не поправило дела: трагедия надоела до смерти зрителям, и когда, по окончании пиесы, мы с Алехиным и несколькими приятелями Плавильщикова вздумали вызывать дебютантку, — общее шиканье и смех заглушили наши вызовы.